Вина многолетней выдержки

Похоже, чем дальше движется суд, тем труднее свести все к простой схеме с жертвой трагедии и ее виновником. Второе заседание оказалось примечательно не новыми подробностями самой трагедии, а целой серией процессуальных коллизий.

Подсудимая Сауле ЖУБАНИЯЗОВА возглавила ОСИ примерно за полгода до трагедии и утверждает, что не знала о трещинах и других опасных дефектах.

- Если ты смотришь на фасад и все нормально, то как можешь знать, что внутри есть скрытые дефекты? - задала она вопрос.

По словам Жубаниязовой, жильцы не обращались к ней с сообщениями о повреждениях стен, а необходимых документов от прежнего председателя ОСИ она не получила.

Тем самым защита предлагает суду обратить внимание на временной разрыв между возникновением проблемы и появлением подсудимой в должности: если технические недостатки здания формировались годами, почему ответственность за их последствия должна ложиться именно на человека, который пришел руководить домом незадолго до трагедии?

У обвинения вроде бы есть на это ответ. Прокуратура утверждает, что дефекты фасада были известны задолго до обрушения, а техническое обследование еще в 2017 году указывало на необходимость ремонта. Следствие считает, что Жубаниязова знала о проблемах здания, но не приняла необходимых мер.

Именно этот разрыв между двумя позициями теперь предстоит заполнить доказательствами: что именно знала подсудимая, какие документы получила, какие обязанности на нее возлагались, а главное - что она реально могла сделать за время работы председателем ОСИ.

Второе заседание оказалось осложнено спором о том, насколько вообще защита успела подготовиться к процессу. Новый адвокат Жубаниязовой Асхат АЛИМОВ сообщил, что начал работать непосредственно 20 августа и не успел ознакомиться с материалами уголовного дела, насчитывающего 12 томов. Он попросил отложить заседание, чтобы изучить доказательства и подготовить защиту. Но судья Меруерт АБАЕВА ему отказала, заметив, что он может ознакомиться со всеми материалами дела между судебными заседаниями.

Алимов с этим не согласился и заявил, что ущемляются права его подзащитной, поскольку Жубаниязова получила статус подозреваемой буквально только что. Поэтому ее право на полноценную защиту нельзя ограничивать ссылками на то, что дело уже находится в суде.

- Если бы она была вовлечена в орбиту уголовного преследования с момента происшествия, то есть с ноября-декабря месяца, это было бы понятно, - считает правозащитник. - Но Жубаниязова лишь 20 июля 2026 года была признана подозреваемой - то есть только месяц у нее был, она толком даже не ознакомлена с 12 томами уголовного дела.

После отказа в переносе заседания защита заявила отвод судье Абаевой. Его рассматривал исполняющий обязанности председателя суда Самат СЕМБАЕВ. Он не нашел оснований для удовлетворения заявления и указал, что защита не представила доказательств личной заинтересованности судьи в исходе дела, а несогласие с процессуальными решениями само по себе не является основанием для отвода.

Однако на этом конфликт вокруг работы защиты не закончился. После обеденного перерыва другой адвокат подсудимой Даурен ИСЛЯМБЕКУЛЫ не появился в суде. Как выяснилось, он находился на другом процессе.

Судья расценила ситуацию как нарушение профессиональных обязанностей и выход за рамки адвокатской этики. В итоге в отношении защитника суд вынес частное постановление, направив его в президиум юридической консультации Астаны и в департамент юстиции для принятия мер.

Таким образом, заседание породило довольно необычную процессуальную картину: один защитник требовал дополнительного времени, утверждая, что полноценная подготовка невозможна, а другой, в это же время, вовсе не явился на продолжение процесса.

Но все это остается лишь несколько скандальным фоном для главного вопроса. Суду предстоит выяснить причинно-следственную связь между состоянием фасада, обязанностями председателя ОСИ и гибелью Улданы Мырзуан.

Ведь сам по себе факт того, что проблемы здания существовали давно, еще не доказывает вину Жубаниязовой. Но и короткий срок ее пребывания в должности автоматически от ответственности не освобождает.

Пока же второе заседание оставило тревожное ощущение, что в деле о трагедии, которую теперь пытаются разложить по пунктам, слишком многое оказывается не на своих местах - от давних проблем с домом до самой организации судебного процесса. В силу этого все настойчивее возникает неприятный вопрос: а не пытаются ли сегодня найти одного ответственного в том, за что годами вообще никто не отвечал?

Владислав ШПАКОВ, фото пресс-службы Верховного суда, Астана