Домбра из немецкого плена

Долгие годы эта история, связанная с легендарным кюйши и композитором Рустембеком ОМАРОВЫМ, передавалась из уст в уста как легенда. И вот недавно она приобрела документальное подтверждение. Причем совершенно неожиданным образом.

Все началось с того, что руководство Павлодарской областной филармонии имени Исы Байзакова решило снять документальный фильм про именитого земляка Рустембека Омарова, чье имя носит местный оркестр казахских народных инструментов. Поводом стало 105-летие казахского народного артиста и приуроченный к этой дате первый республиканский конкурс домбристов “Жастық шақ”.

- Когда я начал искать биогра­фию Рустембека Омарова, то столкнулся с тем, что фильм снимать абсолютно не из чего. Информации о нашем знаменитом земляке в открытых источниках оказалось с гулькин нос. Родился он в маленьком ауле в Павлодарской области, рано потерял родителей, воспитывался в детском доме в Семее, где и окончил строительное училище. В возрасте 14 лет сироту забрал с собой в Алма-Ату его дядя, известный певец Темирбулат АРГЫНБАЕВ. Он познакомил племянника с Ахметом ЖУБАНОВЫМ, который как раз искал музыкантов для первого в Казахстане оркестра казахских музыкальных инструментов. Когда Жубанов услышал кюи в исполнении Рустембека Омарова, он сразу же зачислил подростка в состав своего коллектива, который ныне известен как Казахский национальный оркестр народных инструментов имени Курмангазы. Вот, пожалуй, и все известные факты о Рустембеке Омарове по состоянию на 2024 год, когда мы решили снять о нем документальный фильм, - рассказывает павлодарский журналист-исследователь Салават ТЕМИРБОЛАТУЛЫ.

Что происходило в жизни Рустембека Омарова после того, как в 1936 году он поступил в Ленинградское музыкальное училище при консерватории имени Римского-Корсакова, павлодарец выяснял по крупицам, отправляя запросы в центральные госархивы Казах­стана, России, а затем и Норвегии. В документах 1945 года Салават Темирболатулы нашел имя Рустембека Омарова в списках советских военнопленных, освобожденных из лагеря Шталаг 322 в Киркенесе. Скорее всего, именно этот факт, как предполагает павлодарский исследователь, и стал причиной того, что имя одного из величайших домбристов Казахстана незаслуженно оказалось в тени. В свое время власти с опаской относились к тем, кто находился в немецком плену.

Очень много о Рустембеке Омарове в интервью павлодарскому исследователю его творчества рассказала и Бибигуль ТУЛЕГЕНОВА, немало лет проработавшая с ним в Казахском государственном оркестре народных инструментов имени Курмангазы. Другой ветеран оркестра, Амантай НУРПЕИСОВ, вспомнил, как однажды Рустембек Омаров, который обычно не любил рассказывать о годах, проведенных в немецком плену, разоткровенничался и поведал историю про домбру. Казахский военнопленный нашел на берегу Баренцева моря рыбацкую леску, спрятал ее, а спустя время с помощью еще двух пленных из подручных материалов - фанеры и дерева - смастерил домбру.

“Играл Моцарта “Рондо”, сзади появился немецкий офицер, послушал и спросил: “Музыкант?” Рустембек ответил: “Да”. С тех пор этот офицер стал ему помогать. Говорил: “Я знаю, что рядом с тобой трое твоих земляков из Казахстана”. Он незаметно передавал продукты, хлеб, консервы. “Вот как-то так я и мои товарищи выжили в плену”, - пересказал воспоминание Рустембека Омарова Амантай Нурпеисов.

Конечно же, этот фрагмент вошел в документальный фильм Салавата Темирболатулы “Рустембек Омаров: правда жизни великого музыканта”. Кинопроект павлодарской областной филармонии приоткрыл многие, до сих пор неизвестные страницы его биографии. Так случилось, что фильм привлек внимание руководителя международной группы волонтеров “Советские военнопленные, погибшие в Норвегии” Татьяны ТОРЕСЕН. И вот тут история сделала тот самый совершенно неожиданный поворот из серии “очевидное - невероятное”.

Спустя почти два года Татьяна Торесен увидела на интернет-аукционе фотографии советских военнопленных, сделанные в годы войны на севере Норвегии. Среди десятков лиц ей показалось знакомым одно. Женщина не ошиблась: на снимке действительно был Рустембек Омаров. Причем не просто в группе пленных, а с той самой самодельной домброй, о которой он когда-то рассказывал товарищам по оркестру.

Фотографии выставили на продажу 21 октября. Татьяна сразу написала павлодарским коллегам. Норвежский историк Эйвин КОСНЕС подтвердил, что снимки сделаны в лагере Шталаг-322 в Киркенесе. После этого сомнений практически не осталось.

Для павлодарской филармонии это известие стало настоящей сенсацией. Одно дело - воспоминания коллег, пусть даже и людей, много лет работавших рядом с Омаровым. И совсем другое - фотография, сделанная непосредственно в лагере. Перед исследователями оказался не пересказ чужой истории, а ее вещественное, да еще и весьма редкое подтверждение.

Аукцион должен был состояться 26 октября. Нужно было срочно найти людей, готовых выкупить исторические снимки, иначе они могли навсегда уйти в чьи-то частные коллекции. На помощь пришел Рамиль КАФАРОВ, гид и исследователь фотохроники Второй мировой войны из Осло. Он давно занимается поиском снимков советских военнопленных, публикует их в тематической группе, чтобы родственники погибших и пропавших без вести могли узнать своих близких. Именно через эту группу и пришла новость от Татьяны Торесен. Рамиль выкупил четыре из семи фотографий, представленных на аукционе, заплатив за них около 100 евро.

Автор снимков - Густав ШВАНДТ, служивший в Шталаге-322 и отвечавший там за конюшню и транс­порт. Теперь историкам предстоит внимательно изучить остальные кадры. Не исключено, что среди пленных окажутся и другие уроженцы Казахстана - те, чьи имена пока не удалось вернуть из военного небытия.

Больше 80 лет никто в Казахстане не знал, что сохранилась фотография Рустембека Омарова из немецкого плена. Теперь этот снимок возвращается на родину. И, возможно, вместе с ним из военного небытия удастся вернуть имена других казахстанцев, оказавшихся в норвежских лагерях…