Вся власть - ответам!

Да, новость похожа на старый анекдот про то, как в израильской армии при обсуждении приказа запрещается теребить за пуговицу старшего по званию. Смысл нововведения в казахстанской госслужбе кажется таким же гротеском.

С 8 ноября вступили в силу новые правила, согласно которым, если обращение уже три раза или больше перенаправляли между ведомствами, при следующей пересылке чиновникам придется объяснять, почему они опять не могут заняться этим вопросом самостоятельно и кому, собственно, собираются его адресовать.

Правительство как бы взывает к армии бюрократов: “Братцы! Два раза вы можете промолчать, на третий - промычать, но уж потом-то изреките хоть что-нибудь членораздельное!”

Решительно, это постановление от 23 октября 2026 года за номером 953 очень многое объясняет про отечественный госаппарат. В сущности, оно официально признает (и в чем-то даже утверждает!) сложившуюся систему отписок. Получил чиновник жалобу, посмотрел на нее, обнаружил отсутствие собственной компетенции и… отправил дальше. А гражданин получил уведомление о том, что его вопрос находится в надежных руках другого государственного органа. Какого именно - не очень-то и важно. Главное, что вопрос покинул прежнее ведомство и приобрел новый административный адрес.

Теперь эта благородная традиция получает дополнительное документальное сопровождение. После трех пересылок государственным служащим надо будет не просто избавиться от обращения, а объяснить, почему они это делают. Причем со ссылками на законодательство, которое должно подтвердить полномочия обоих ведомств: того, которое отправляет, и того, которому предстоит принять эстафету.

В этом есть определенная интрига. По крайней мере, у граждан появится возможность наблюдать, как государственная машина постигает собственное устройство.

И все-таки хотелось бы понять: это борьба с бюрократией или ее новый виток?

- Это больше похоже на традиционный бюрократический спорт по внедрению каких-то новых систем, которые как будто должны увеличить эффективность работы с обращениями граждан, но пока острого оптимизма по этому поводу ощущать не приходится, - считает политолог Газиз АБИШЕВ. - Потому что те, кто придумал эти схемы, вероятно, работали на свой KPI (ключевые показатели эффективности. - В. Ш.), исходя из необходимости предложить хоть что-то. У нас, конечно, в стране есть какие-то механизмы, когда все работает довольно быстро и эффективно. Но это в тех случаях, когда конкретное направление очень хорошо решено на таком узловом, корневом уровне с точки зрения законодательства. То есть, когда законодательство по той или иной проблеме дает очень четкий, однозначный ответ, что нужно действовать так или иначе, и при этом система исполнения максимально выпрямлена без каких-то оговорок или обходных путей. В таком случае все проблемы решаются очень быстро.

Однако, как замечает эксперт, в существующем многомерном социальном процессе у людей нередко возникают сложные вопросы, которые могут распространяться на несколько сфер и, соответственно, находиться в зоне ответственности сразу нескольких государственных органов. И здесь возникает потрясающий парадокс.

- Наша бюрократическая традиция предполагает, что те, кто принимает четкие решения, в конце концов наказываются или начальством, или аудиторами, или той же общественностью за… самоуправство! - говорит Абишев. - Поэтому сама среда госслужбы демотивирует чиновников проявлять инициативу и решать вопросы слишком быстро в таких сложных системах, где все зависит не только от тебя.

Есть ли альтернатива этой бюрократической трясине? По мнению политолога, там, где действует понятное законодательство и путь решения проблем имеет минимум колен, человек на должности понимает, что его личная выработка и скорость, с которой он принимает решения, непосредственно отразятся на его KPI. Но в более запутанных системах конкретный вклад быстро распыляется, зато непропорционально растет угроза наказания.

- Поэтому в сложившихся реалиях любой хороший или даже просто опытный чиновник всегда найдет способ каким-либо образом отписаться, - объясняет политолог. - Потому что для него быть обвиненным в том, что он “футболит”, - это меньшая угроза, нежели обвинение со стороны начальства или проверяющих органов в том, что он принимает некомпетентные решения, особенно если это могут припомнить через много лет, когда он уже не будет иметь к данному вопросу никакого отношения.

Кстати, интересно, что новые правила не запрещают бесконечно перенаправлять жалобы. Они лишь требуют, чтобы после третьей пересылки чиновники подробнее объясняли свои действия. То есть административная карусель продолжает работать, но теперь каждый ее оборот должен сопровождаться письменным комментарием.

Впрочем, правительство уточнило и требования к ответам на обращения. Если гражданин сообщает о нарушении, ему должны рассказать, какие меры приняты. Если предлагает что-то полезное - оценить целесообразность предложения. Если просит информацию - ответить на каждый вопрос. Иными словами, чиновников все же постепенно приучают к мысли, что обращение гражданина - это не спам и не левая корреспонденция, которую желательно сплавить соседям до окончания рабочего дня.

Хотя бы это выглядит обнадеживающе. Но все-таки есть некоторые сомнения, ведь можно сколько угодно совершенствовать искусство пересылки, вводить новые требования к сопроводительным письмам и заставлять чиновников цитировать законы до полного истощения бюджета на интернет. Но если в конце этого замечательного административного путешествия никто не обязан починить дорогу, вернуть деньги или веру в справедливость, то реформа рискует превратить любую жалобу в бессмертное литературное произведение без эпилога.

Жизнь гражданина едва ли станет краше от того, что государство научится красиво объяснять, почему оно не может помочь.